Суббота, 13 Январь 2018 00:00

Как пилит Герман Греф. На закупках серверов Сбербанка украли $200 млн.

Загрузка...
Как пилит Герман Греф. На закупках серверов Сбербанка украли $200 млн.

Победителей в России давно уже не судят, тем более, если речь идет о победителях в деле распила государственных денег, стеснительноприкрытого красивой показухой. И, конечно же, мало кто даже в богатой талантами в России способен посоревноваться в деле гламурного освоения денег со Сбербанком. Одна только история с «ребрендингом» финансового учреждения, когда под сомнительный проект под аплодисменты публики уводились явно неадекватные суммы, несомненно войдет золотой страницей в летопись отечественого распила, а ведь не ребрендингом единым живет большая семья Грефов!

Давно ни для кого не секрет, что ресурсы банка сплошь и рядом используются для поддержания материального благополучия семьи председателя правления Сбербанка. Можно вспомнить, например, о том, как осенью 2008 года, в разгар кризиса, Сбербанк открыл для Евгения Грефа трехлетнюю кредитную линию на 500 млн руб. Позже Герман Греф объяснил, что его брат Евгений «уже в течение 12 лет является добросовестным клиентом Сбербанка и заключил с банком свыше 70 сделок. Сделка являлась публичной, решение по ней принимал наблюдательный совет банка. Это нормальная практика, принятая во всем цивилизованном мире. У нас с братом совершенно разные интересы. Он живет своей жизнью, от меня не зависит, в том числе финансово». Несмотря на эти заявления, в 2010 году сеть гипермаркетов «Геомарт», принадлежащая Евгению Грефу, приобрела четыре магазина банкротящейся сети «Мосмарт» на Кузбассе. Основным кредитором «Мосмарта» был «Сбербанк». Сумма сделки не называлась.

В делах о банкротстве, кстати, Сбербанку тоже нет равных — любое приглянувшееся руководству банка имущество вполне может отойти кредитору по сверхзаниженным ценам для того, чтобы потом быть перепроданным по максимальной стоимости. Примером этому — захват «Павловскгранита», когда в 2010 году на фоне кризиса у прежнего владельца предприятия Сергея Пойманова возникли трудности с обслуживанием пятимиллиардного кредита. Тогда Сбербанк под руководством Грефа "зарубил" все попытки Пойманова добиться реструктуризации задолженности а «либеральный» Герман Оскарович вдогонку еще и написал на Пойманова заявление в милицию, инициировав уголовное преследование задолжавшего клиента. Эта мера Грефа создала формальные условия для того, чтобы в дело смогли включиться известные милицейские решальщики экс-офицеры МВД Максим Каганский, Андрей Хорев и Иван Глухов. Оценку активов «Павловскгранита» Герман Греф доверил фирме «НЕО-Центр» своего сыну Олега, а право требования по кредиту — «дочке» банка, компании «Сбербанк-Капитал», гендиректор которой Ашот Хачатурянц в итоге инициировал списание существенных пакетов акций предприятия со счетов компаний Пойманова. Как сообщалось, заключение с нужной Герману Грефу цифрой эксперты «НЕО-Центра» выдали, не отрывая тел от стульев, то есть, не посещая предприятия и даже не заглядывая в его бухгалтерскую отчетность. Хватило данных из открытых источников — публикаций в интернете.

Поэтому и неудивительно, что после сообщения о том, что для крупнейшего в Европе центра обработки данных Сбербанк закупил оборудования на $1,2 млрд, эксперты насторожились. Тем более, что, несмотря на огромную шумиху (в которую оказался вовлечен и Владимир Путин) вокруг нового центра, призванную приглушить неудобные вопросы, таможенники предали огласке данные о неуплате пошлин при ввозе банковской техники в Россию. Как выясняется, те же серверы для центра банк закупал в четыре раза дороже цены производителя. Как сообщают «Ведомости», банк закупал для своего центра HighEnd серверы IBM у российского системного интегратора «Крок» в четыре с лишним раза дороже, чем их продавал сам производитель. При этом издание ссылается на материалы уголовного дела, возбужденного 23 октября 2013 г. Московским межрегиональным следственным управлением на транспорте Следственного комитета России после изучения схемы импорта этих серверов. Символично, что эта мутная техника теперь контролирует все системы Сбербанка — банкоматы, кредитование, «Сбербанк онлайн» и розницу.

Дважды партнеры

Входящий в пятерку крупнейших российских IT-компаний системный интегратор «Крок» сотрудничает с IBM c начала 2000-х гг.: у него статус бизнес-партнера IBM уровня premier с 2005 г. и системного интегратора IBM на территории России с 2006 г. А в 2012 г. «Крок» получил награду в номинации «платиновый бизнес-партнер» за услуги в продвижении продукции IBM категории HighEnd. В IBM называли «Крок» крупнейшим партнером по объему бизнеса в России.

Со «Сбербанком» «Крок» сотрудничает еще дольше — с конца 1990-х гг. Системный интегратор был основным поставщиком оборудования IBM для финансового учреждения, а банк был для «Крока» едва ли не основным клиентом. Об этом можно судить, например, по таким цифрам: выручка «Крока» в 2011 г., когда Сбербанк строил ЦОД, увеличилась на 55% до 32,9 млрд руб.

Три года назад банк и IT-компания подписали протокол о поставке нескольких десятков HighEnd серверов IBM, а также о пуско-наладочных работах, монтаже, расширенной поддержке и сопровождении. Но в конце прошлого года в сотрудничестве наметились измениения. С одной стороны осенью прошлого года в «Сбербанке» решили перейти на прямое сотрудничество с производителями IT-продукции, и в частности с IBM. Сама международная корпорация прервала отношения с «Кроком» в феврале 2014 г.

Гендиректор и основатель «Крока» Борис Бобровников недавно говорил, что точные причины приостановки сотрудничества с IBM ему не известны. «Моя личная версия основывается на экспертной оценке со стороны моих американских партнеров, которые считают, что все производители ведут себя одинаково на развивающихся рынках в тот самый момент, когда они собираются выходить на заказчиков напрямую. Они “отстреливают” какое-то количество наиболее крупных интеграторов», — рассуждал Бобровников в интервью Cnews.

Что касается Сбербанка, то он, по мнению Бобровникова, просто закончил циклы переоснащения средств вычислительной техники и телекоммуникационной инфраструктуры, а потому объемы закупок оборудования и лицензий значительно снизились.

В 2013 г. выручка «Крока» упала на 19,7% до 27,1 млрд руб. А выручка от проектной дистрибуции оборудования и лицензий снизилась почти на 30% до 11,1 млрд руб., как говорил в интервью Бобровников.

В деле появляются сервера

По другим данным, отношения IBM и Сбербанка с «Кроком» прервались не просто так. В конце октября 2013 г. Московское межрегиональное следственное управление на транспорте Следственного комитета возбудило уголовное дело по факту уклонения от уплаты таможенных платежей при ввозе 11 серверов IBM в Россию. На таможне оборудование по заниженной стоимости задекларировал «таможенный агент» — ООО «Серверы и компоненты», которое вскоре после этого было ликвидировано (схему поставки см. на рисунке).

20052014ibm03

По мнению следствия, документы, по которым растаможивались серверы, были подделаны: в соответствии с ними технику прислала в Россию сингапурская фирма, учрежденная жителем Владивостока. А он сам позже заявил, что не заключал никаких контрактов на поставку серверов и не давал никому таких поручений.

Запросив Интерпол и IBM, следствие установило, что IBM продала эту партию серверов логистическому агенту — британской фирме Info-System Ltd, которая, согласно документам, принимала товар в интересах «Крока» для поставки «бербанку.

Запросив службу безопасности «Сбербанка» и финский склад, через который проходили серверы до пересечения российской границы, следствие заодно отметило интересные изменения в цене техники. К примеру, партия из семи серверов была продана производителем, т. е. IBM, за $7,7 млн. При декларировании на российской таможне цена этих серверов оказалась почти в 8 раз ниже — $983 971. А Сбербанк купил эту партию по цене, как сказано в материалах дела, «за единицу $6 160 859 (3 шт.), $3 943 813 (2 шт.), $3 201 042 (1 шт.) и $1 900 314 (1 шт.)». То есть, получается, вся партия обошлась в 4 раза дороже цены IBM — в $31,47 млн.

Два источника, близких к следствию и одной из компаний — контрагентов сделки, говорят, что в деле изложена информация только о части поставок. Всего же, по их словам, Сбербанк приобрел больше 60 серверов. Если схема поставки была такой же, то, по мнению эеспертов, Сбербанк могли обсчитать минимум на $200 млн.

Представитель IBM подтвердил завышение цены на свою продукцию при поставке Сбербанку. «IBM сотрудничает с российскими властями. Мы были удивлены, узнав о завышенных суммах, которые “Крок” получил от Сбербанка за эти серверы, и, как результат, IBM прекратила свои взаимоотношения с “Кроком” в феврале 2014 г.», — отметил он.

Представитель Московского межрегионального следственного управления на транспорте отметил лишь, что расследование дела продолжается: «В ходе следствия выявлено еще несколько дополнительных эпизодов, по которым возбуждено семь уголовных дел».

Бобровников, Info-System и представитель «Крока» ситуацию не прокомментировали. Близкий к системному интегратору источник отрицает, что цена была завышена. По его словам, расценки были обусловлены «уникальностью предоставляемых услуг».

Без претензий

Могли ли в IBM не знать о том, по какой цене их «платиновый бизнес-партнер» продавал серверы Сбербанку, и могли ли в Сбербанке не знать, что покупают серверы в 4 раза дороже?

Производители действительно не обязаны отслеживать поставки, но все стараются иметь представление о конечной цене продажи своих изделий, особенно если это касается российского рынка, рассуждает бывший консультант нескольких иностранных компаний в России. Это связано не столько с антикоррупционной политикой, сколько со стремлением производителя ориентироваться в вопросах ценообразования. Если его продукцию готовы покупать по более высокой цене — он может ее повысить, объясняет эксперт.

Соглашение с «Кроком» в 2011 г. подписывал вице-президент Сбербанка, руководитель блока «Информационные технологии» Виктор Орловский. До февраля 2013 г. он был членом правления Сбербанка, а в 2006-2008 гг. занимал должность партнера консультационного подразделения IBM в России. "Орловский хорош в части инноваций, на них он и сосредоточится" — такую характеристику своему подчиненному давал в свое время сам Герман Оскарович.

«Я много чего курировал и много какие решения принимал <...>. На такую сумму у меня не было никаких полномочий», — заявил Орловский по поводу закупки серверов IBM. Его полномочия ограничивались суммами «в тысячу раз меньше», поэтому решения принимались правлением, уверяет Орловский.

В Сбербанке считают, что ничего экстраординарного с поставками серверов не произошло. «В начале 2011 г. в Сбербанке России провели конкурс <...> для выбора поставщиков оборудования и программного обеспечения в целях реализации программы централизации основных банковских систем Сбербанка. <...> При подведении итогов конкурса для оценки предложений участников банк привлек независимого профессионального консультанта (компания Gartner) и группу международных независимых экспертов, рекомендации которых учитывались при принятии данного решения», — сообщил представитель банка. Он отметил, что победителем стала IBM, которая выступала в конкурсе совместно с ЗАО «Крок инкорпорейтед», и с сентября 2011 г. по декабрь 2012 г. «Крок» в полном объеме осуществил поставки, монтаж и инсталляцию серверного оборудования.

«Таким образом, все условия по указанному соглашению выполнены. Закупленное оборудование и программное обеспечение позволили реализовать крупнейшую в мире программу трансформации и централизации автоматизированных банковских систем», — подчеркнул представитель банка.

Он также заверил, что «Сбербанк» заплатил за оборудование и услуги адекватную цену, поскольку они уникальны, и что цена была лучшей из предложенных.

«В ходе проведения конкурса было выбрано лучшее предложение среди всех компаний-производителей (в конкурсе также принимали участие компании Hewlett-Packard и Oracle/SUN). Оценка производилась по методике, в которой учитывались совокупная стоимость владения оборудованием, его удельная и максимальная производительность. При этом банк заключал с IBM и “Кроком” соглашение, которое включало доставку, таможенную очистку, монтаж оборудования, инсталляцию программного обеспечения, гарантийные обязательства и техническое обслуживание оборудования в соответствии со специально разработанными требованиями банка по надежности и времени реакции на инциденты. В связи с этим Сбербанк не знает, по какой цене это оборудование декларировалось и ввозилось на территорию Российской Федерации», — сообщил представитель Сбербанка.

Он также подчеркнул, что изменения статуса Орловского в управленческой структуре «Сбербанка» никаким образом не связаны с этими вопросами.

"С учетом российской действительности"

Если есть сложный контракт, включающий много работ по интеграции оборудования, интегратор может зарабатывать 30-40, иногда 50%, говорит вице-президент IBS Group Сергей Мацоцкий. Очень часто в стоимость работ включают цену поставки самого оборудования. Сюда может включаться и расширенная гарантия: когда покупают продукцию международного производителя, интегратор может предоставлять гарантию более широкую, чем предоставляет производитель. На эту гарантию ему тоже нужны деньги, продолжает Мацоцкий. «Но с пропорцией 400% я, честно говоря, не сталкивался, это чрезвычайная история», — разводит руками он. Мацоцкий полагает, что формально производитель не обязан контролировать конечную цену, но неформально специалисты производителя представляют, что делают партнеры. Все конкурсы, по крайней мере в госструктурах, более-менее публичны. «Вряд ли сотрудники компании-производителя вообще ничего не читают и не смотрят», — считает он.

Теоретически даже с учетом коррупционной составляющей четырехкратное увеличение цены товара редко встретишь, признает один из контрагентов госкомпаний: «Я видел контракты, в которых цена закупки умножалась на два, когда приходилось платить откат. Но контрактов, в которых цена закупки умножалась на четыре, я не видел. Разница в 4 раза — это беспрецедентно».

Близкий к следствию человек жалуется, что в последнее время на следствие усилилось давление и «есть попытки прекратить разбирательство». Существенную разницу в ценах закупки Сбербанком оборудования вообще никто не рассматривает, внимание уделяется только недоплате таможенных сборов, говорит он.

«Думаю, сделка произошла с учетом российской действительности. Без одобрения на серьезном уровне ее сложно было бы провести. Странно, что уголовное дело вообще было возбуждено. Юридически иностранные компании не отвечают за действия третьих лиц — это аксиома гражданского права, однако в США к производителю могут возникнуть серьезные вопросы, поскольку такая разница в ценах может свидетельствовать о вероятных злоупотреблениях партнеров — даче взяток или откатах, но, разумеется, они могут говорить о неведении. Если эту ситуацию не будут расследовать в США, то в России подробное разбирательство маловероятно», — делится мнением партнер Paragon Advice Group Александр Захаров.


Источник: “http://www.rospres.com/hearsay/14297/”

Оставить комментарий

Убедитесь, что Вы ввели всю требуемую информацию, в поля, помеченные звёздочкой (*). HTML код не допустим.