Понедельник, 17 января 2022 21:05

Между шахтой «Листвяжная» и рудником «Шануч» слишком много общего

Между шахтой «Листвяжная» и рудником «Шануч» слишком много общего
Между шахтой «Листвяжная» и рудником «Шануч» слишком много общего

В истории этой компании, как мир в капле воды, отражается та же проблема, которая в ноябре прошлого года привела к массовой гибели людей на шахте в Кемеровской области. Ждать новой беды?

Об этом сообщает Собеседник

После трагедии на шахте «Листвяжная» в Госдуме решили разработать поправки в Трудовой кодекс, которые повысили бы безопасность горняков. Следствие в отношении собственника и руководителей шахты, а также инспекторов Ростехнадзора продолжается. Однако очевидно, что причиной аварии, в результате которой погиб 51 человек, стали погоня за прибылью и низкая цена человеческой жизни.

Законодатели нацелились на прекращение всего этого в угольной отрасли, но как насчёт остальных? Забегая вперёд, спросим: вы правда думаете, что добыча металлов небольшими компаниями где-нибудь на Дальнем Востоке – о нём и пойдёт речь дальше в нашей статье – проходит без явных нарушений трудового и природоохранного законодательства?

Проблема эта носит системный характер, и весьма похоже, что государство не может искоренить её имеющимися инструментами. После ноябрьской катастрофы в Кузбассе в России начались тотальные проверки угольных шахт и разрезов. Как сообщил на днях представитель Генпрокуратуры, выявлено 3 тыс. нарушений, более 500 должностных лиц привлечено к ответственности. Но разве дело только в обнаружении проблем? На «Листвяжной» их выявляли регулярно, просто каждый раз «крайними» становились управленцы среднего звена, а предприятие получало смехотворные штрафы.

Новые проверки – новые штрафы для «стрелочников». Никаких изменений, пока не начнут гибнуть люди.

Пока депутаты формулируют свои идеи, мы решили изучить практику российских судов в делах о несчастных случаях на производстве и наткнулись на весьма интересное дело, которое просто обязано было стать отправной точкой большого журналистского расследования. Искалеченный работник, формализм контролирующих органов, запутанная структура собственности компании-работодателя – всё, о чём мы рассуждали выше, переплелось в одном месте.

Пока не рвануло

В конце ушедшего года Девятый кассационный суд во Владивостоке пересмотрел решение нижестоящей инстанции по иску Государственной инспекции труда (ГИТ) в Камчатском крае против краевой прокуратуры. Спор между ведомствами можно было бы назвать курьёзным, если бы речь не шла о тяжёлых увечьях человека.

Если коротко, то ГИТ оспаривала решение прокуратуры об отказе в согласовании выездной проверки ЗАО НПК «Геотехнология» в июле 2020 года. Из материалов дела следует, что в инспекцию труда поступило заявление работника этой компании, с которым произошёл несчастный случай на производстве. Мужчина получил закрытый перелом копчика со смещением, и, по его словам, руководство рудника скрыло этот факт, лишив пострадавшего положенных по закону выплат.

Насколько можно понять, прокуратура не согласовала проверку рудника трудовой инспекцией, поскольку сочла, что такого согласования и не требуется – проверяйте, сколько хотите. В ГИТ почему-то стали добиваться согласования в судебном порядке... Но мы сейчас не об этом, а о системе. В 2020–2021 годах трудовая инспекция не менее 4 раз проверяла ЗАО НПК «Геотехнология», в трёх случаях были выявлены нарушения.

Претензии к компании регулярно возникают и у Росприроднадзора, и у природоохранной прокуратуры. Минувшим летом прокуроры установили, что предприятие складировало отходы непосредственно в почву, а также нарушало правила водопользования. За это рудокопов оштрафовали на «внушительную» сумму в 180 тыс. рублей – что слону дробина.

Мы начали разбираться дальше и обнаружили, что ещё в 2018 году один из работников «Геотехнологии» написал руководству Ростехнадзора письмо, выдержки из которого опубликовали несколько федеральных изданий. «Иностранные акционеры начали хищническим образом разрабатывать месторождение», – говорилось в сообщении Дмитрия Арышева (редакция ознакомилась с копией). Он подробно рассказал не только об имевшихся, по его мнению, нарушениях в сфере безопасности труда, но и о том, что на руднике неправильно хранились взрывчатые вещества (и это в сейсмически опасной зоне!), а также об отсутствии очистных сооружений.

Кто ответственный?

Тогда, в 2018-м, камчатские управления Ростехнадзора и Росприроднадзора провели серию проверок и выдали руководству «Геотехнологии» предписания об устранении нарушений. Даже сухие формулировки этих документов выглядят пугающе: «…отсутствует регламент противопожарной защиты рудника; отсутствует регламент защиты рудника от затопления». И дальше: «Отсутствует газоанализатор, обеспечивающий замер концентраций ядовитых веществ; проветривание рудника осуществляется с отступлением от проекта». По сути – всё, как на печально известной кемеровской шахте, и всё те же мизерные штрафы.

Трагедия на «Листвяжной» показала, что без кратного увеличения штрафов за нарушение правил и нормы промышленной безопасности и охраны труда такие истории будут регулярно повторяться. И не только на объектах угольной отрасли. Даже в оборонке у нас регулярно происходят аварии с человеческими жертвами или существенной угрозой гибели людей. Взять хотя бы серию взрывов на пороховом заводе им. Свердлова в Дзержинске или пожар на «режимном» химкомбинате «Каменский» в Ростовской области (подробнее читайте в материале «Рабы работы» на сайте versia.ru). Если уж на стратегических предприятиях смотрят на безопасность сквозь пальцы, то чего ждать от частных компаний, реальных бенефициаров которых отследить сложно: начинаешь искать и упираешься в схемы с зависимыми кредиторами и цепочку офшоров.

По данным «Коммерсанта», ЗАО НПК «Геотехнология» было создано в 1997 году, основными акционерами были несколько физлиц. Добычей руды на Шануче компания занимается с 2006 года, однако после падения в 2009 году мировых цен на никель (за пять лет, с 2009 по 2014 год, цены упали с 54 тыс. до 12 тыс. долларов за тонну) у неё начались финансовые проблемы. В 2013 году 25% акций «Геотехнологии» взяла в залог китайская компания Jilin HOROC Nonferrous Metal Group Co Ltd.

В апреле 2014 года 75% акций «Геотехнологии» вместе с долгами в размере 500 млн рублей приобрело ООО «АМР». Сделка была профинансирована за счёт кредитных средств, предоставленных иностранными компаниями. Подобное, пожалуй, следует считать скрытой формой продажи. Только спустя два года комиссия правительства РФ по иностранным инвестициям согласовала покупку 75% ЗАО НПК «Геотехнология» швейцарской фирме «Молумин АГ» (Molumin AG), принадлежавшей Кристиану Вольфенсбергеру (Christian Wolfensberger). Вполне вероятно, что именно этих иностранных акционеров упоминал в своём письме в Ростехнадзор Дмитрий Арышев.

Подобный подход покупки на «нулевую» компанию акций на заёмные деньги широко распространён. В этом случае акции закладываются в обеспечение выданных средств. Таким образом бенефициар не светится в реестрах, но получает полный контроль над акциями. При необходимости он может выдернуть их из-под промежуточной компании – как обеспечение, если возникнут проблемы с долгом.

Кому камчатский рудник принадлежит теперь, мы попробуем рассказать в нашем следующем материале. Пока скажем лишь, что первая попытка определить конечных собственников «Геотехнологии» вынудила нас задать вопрос: что, если на самом деле эти иностранцы говорят с ярко выраженным русским акцентом?

Компенсации семьям дешевле датчиков

Как уже рассказывала «Наша Версия» в конце ноября, в 2021 году «Листвяжная» прошла серию проверок. В ходе одной из них было выявлено 139 нарушений, в том числе отсутствие датчиков обнаружения ранних признаков возникновения пожара в аварийном штреке. Колокольчик прозвенел примерно за полгода до чудовищной катастрофы, но его как будто никто не услышал. Почему? Наверное, потому, что общая сумма штрафов предприятию с многомиллиардными оборотами едва превысила 4 млн рублей. В 2020 году чистая прибыль шахты составила 834 млн рублей. На компенсации работникам, погибшим в конце 2021-го, компания решила выделить 100 млн рублей. Простая арифметика не в пользу жизней шахтёров.

Почти половину добытого угля «Листвяжная» поставляла на экспорт. В интересах иностранных покупателей работает и ЗАО НПК «Геотехнология». В 2020 году она увеличила экспорт никельсодержащего сырья почти в 2 раза – до 150 тыс. тонн. Больше половины этого объёма ушло в Китай, остальное – в Швейцарию. По данным Минприроды, в дальнейшем экспортная направленность поставок сохранится. Куда уж тут до заботы о безопасности рабочих и состоянии природы?

Источник: Компромат

Оставить комментарий

Убедитесь, что Вы ввели всю требуемую информацию, в поля, помеченные звёздочкой (*). HTML код не допустим.